Служить! Нельзя лечить

Служить! Нельзя лечить

В одной из воинских частей Беларуси несет службу солдат-срочник, который с трудом может ходить. Однако военные врачи уверены: парень годен к армейским будням.

11 марта 2019

Осенним призывом на срочную военную службу в вооруженные силы Республики Беларусь был призван молодой парень – 20 летний слутчанин Егор Шкарубо. Сейчас парень служит в расположении 30-ой отдельной железнодорожной бригады. Ну, как сказать служит, — просто сидит в расположении части…
Мы встретились с Егором и его матерью Татьяной в минском военном госпитале, куда парня в очередной раз привезли для уточнения диагноза.
Не нужно быть врачом, чтобы понять – со здоровьем у Егора есть проблемы – идя по коридорам военного госпиталя парень заметно тянет ногу. Мы присаживаемся тут же, у кабинета невролога и Егор Шкарубо начинает рассказывать.
— Проблемы со здоровьем у меня не возникли в один день, — говорит он. – Все началось еще «на гражданке». Одно время я работал на стройке, приходил с работы и чувствовал постоянную боль в спине. Но особого значения этому поначалу не предавал, все списывал на то, что работа тяжелая… Думал, пройдет…

— Не прошло?
— Нет. Однажды я сильно перепугался – у меня просто отнялись ноги. Родители вызвали «скорую» — какое-то время я лечился в стационаре Слуцкой больницы, а потом меня отправили в Минскую областную клиническую больницу в Боровляны.
Там диагностировали несколько межпозвоночных грыж поясничного отдела со сдавливанием межпозвоночного канала. С таким диагнозом людей в армию не берут, в этом были уверены гражданские медики. 
Я вам честно скажу, был бы здоров – служил бы как все. Вопрос не в том, хотел я в армию или нет – надо значит надо, вопрос в том, что вся моя служба заключается в том, что я почти все время просто сижу в части. Мне дают самые легкие задания – подвязать наматрасники, сделать несложную уборку. И то после этого у меня прихватывает спину.
Да что говорить, даже в столовую меня отдельно водят – я просто физически не успеваю за строем.
— Но ведь перед призывом должна была быть медкомиссия, которая бы определила степень твоей годности к военной службе…
— Там и определили, что годен. Правда с оговоркой. По заключению врачей из военкомата выходило, что я годен к воинской службе. Но с ограничением, связанным с болезнями периферической нервной системы.
Так я попал в железнодорожные войска. Естественно, в расположении части боли никуда не ушли – я мог передвигаться только, держась за стену. Чтобы передвигаться мне нужна точка опоры…
Буквально через несколько дней такой «службы» меня отправили в санчасть – бесполезно, улучшения не наступало. Чтобы вы понимали, на службу я был призван в ноябре прошлого года, а уже в середине декабря, меня из санчасти отправили в минский военный госпиталь. Я попал в стационар.
Здесь у меня поднялась температура – меня определили в инфекционное отделение, лечили антибиотиками. Я не врач, но не уверен, что лечили правильно – грубо говоря, просто садили лекарствами желудок. Потом, когда разобрались, перевели в неврологическое отделение, там уже лечили грыжи.
18 декабря прошлого года мне сделали МРТ, где было четко написано, что грыжа у меня есть, почему я акцентирую на этом внимание, расскажу позже. После курса лечения, который не принес мне существенного улучшения меня отправили обратно в часть.
Через несколько дней после возвращения в ряды вооруженных сил меня вызвали на военно-врачебную комиссию. Там невролог не стал смотреть МРТ, ограничился изучением рентгеновского снимка грудной клетки.
В заключении нет ни одного слова про грыжу, там написано, что у меня просто остехандроз – к военной службе я по-прежнему годен, но с ограничением…

— А какое лечение проводят на месте, в части?
— Давали сильные антидепрессанты и мазь для спины – все списывают на «не адаптацию» к армейской службе.
К руководству части, командирам и сослуживцам у меня претензий нет – все с пониманием относятся к моей ситуации. Не нагружают непосильной работой.
Понимаете, у меня сейчас такое состояние… Я не могу долго сидеть или стоять – мне постоянно нужно менять позу, чтобы не болело. Ситуация сложная, но решение о том, что я должен быть комиссован из армии и нормально пролечиться, могут принять только военные медики, а решения этого почему-то нет…
Ситуация усугубляется еще и тем, что за те полгода, которые прошли с момента моего призыва, здоровье только ухудшается. Межпозвоночный канал продолжает сужаться – на него давят грыжи, дуральный мешок – это оболочка, защищающая спинной мозг, уменьшился в два раза… болезнь очевидна, мне нужно постоянное лечение, чтобы болезни перестали прогрессировать, но в армейских условиях я его получить не смогу…

Поговорив с рядовым Егором Шкарубо подумалось: кому нужно, чтобы в белорусской армии служили инвалиды? Понятно, что руководство части, где служит парень и само было бы радо, чтобы его «списали на гражданку».
Пока Егор служит там, именно отцы-командиры несут ответственность за его жизнь и здоровье. Это в мирное время. А если не дай Бог что? Сможет ли Егор Шкарубо четко и быстро выполнять приказы, совершить марш-бросок? Ответ очевиден.
До «дембеля» Егору остался год. Его родные справедливо опасаются, что он может вернуться домой инвалидом…
И пока Егор служит, его мама поставила под сомнения выводы военно-врачебной комиссии о степени годности ее сына к службе в армии.
Письмо было написано на имя министра обороны Андрея Равкова. Ответ пришел от и.о начальника военно-медицинского управления МинобороныОльховика. Из него следовало, что результаты обследования в военном госпитале «не противоречат результатам допризывного обследования», а значит Егор и далее годен к службе.
Тем не менее, на днях Егора снова вызвали в санчасть. Слуцкие медики через несколько месяцев после обследования все-таки увидели у рядового сужение позвоночного канала. Парня повторно отправили на военно-врачебную комиссию.

Если его вновь признают годным, мать солдата намерена добиваться личного приема у министра обороны Беларуси.


Источник: Белорусский партизан

Подписывайтесь  на наш telegram канал

Комментировать