«Поступают предложения доверить ИИ режим „Открыть огонь“». «Белорусская Boston Dynamics» разработала боевого робота для борьбы с дронами

«Поступают предложения доверить ИИ режим „Открыть огонь“». «Белорусская Boston Dynamics» разработала боевого робота для борьбы с дронами

«Берсерк» в ангаре ООО «БСВТ — новые технологии» встречает нас спаренными четырехствольными пулеметами ГШГ-7,62 с тянущимися к ним лентами патронов.

26 марта 2020

Скорострельность каждого — до 6 тыс. выстрелов в минуту, то есть в 10 раз больше, чем у автомата Калашникова, поясняют представители компании. Этот роботизированный огневой комплекс — целиком белорусская разработка, и предназначен он для обнаружения и уничтожения беспилотных летательных аппаратов, а проще говоря дронов. «Берсерк» уже несколько лет проходит испытания, а после получения всех нужных сертификатов модель начнут поставлять заказчикам. В какие страны, говорить не принято. Мы побывали в гостях у «БСВТ — новые технологии» и узнали все подробности о боевой машине.

Гибрид — но не ради экологии

«Берсерк» — полноценный гибрид: в платформе установлены и электродвигатели, и обычный бензиновый мотор, который преимущественно используется как генератор для подзарядки батарей. По сути, применяется схема, которую можно встретить в гражданском Chevrolet Volt. Но гибридная силовая установка нужна роботизированному комплексу не ради экологии. Она помогает боевой машине в маскировке: во-первых, работает бесшумно, во-вторых, обеспечивает автономность в течение суток, а в-третьих, благодаря низкому теплоотделению аккумуляторных батарей «Берсерк» практически невидим для тепловизоров.

Кроме пулеметов, комплекс оснащен дымовыми гранатами системы 902 «Туча»: если его все-таки заметят, можно скрыться в дыму. Правда, скорость — около 5—6 км/ч, но в таком классе это нормально. К тому же речь идет о перемещении практически по любой поверхности: что по дорогам, что по оврагам. На мир «Берсерк» «смотрит» четырьмя камерами оптико-электронной системы «Чиж», которая может распознать вертолет на расстоянии около 10 километров.

Две камеры — телевизионные, еще две — тепловизоры. Они работают в разных полях зрения. Широкое поле нужно для обнаружения объектов, узкое — для «отработки по цели» (столь обтекаемо в «БСВТ — новые технологии» называют стрельбу на поражение)

Основное предназначение РОК «Берсерк» — уничтожение различного типа беспилотников. Говорят, небольшие по размеру дроны самолетного или вертолетного типа вполне способны вывести из строя наземную технику и объекты критической инфраструктуры. Поэтому важно сбить их только на подлете, а сделать это очень сложно: аппараты небольшие и могут летать на высоте сотен метров. Мало того что их с трудом увидишь, так еще и попасть из простого стрелкового оружия в них практически невозможно.

Короткие стволы с черными крышками — дымовая система   Короткие стволы с черными крышками — дымовая система 

«Берсерк» умеет обнаруживать и сопровождать как один дрон, так и группу — оператору останется только нажать кнопку стрельбы. Важный плюс — система обнаружения целей пассивная. То есть это не радиоэлектронная станция, которая может себя выдать. Вдобавок поиск, идентификация и сопровождение беспилотников осуществляются с помощью нейросети.

Человек пока еще нужен для управления

Как белорусская компания сделала первый вариант роботизированного огневого комплекса с нуля всего за восемь месяцев и почему машине запрещено отдавать самой себе команду «Огонь!», нам рассказал Филипп Баранов, первый заместитель директора ООО «БСВТ — новые технологии».

— Расскажите о «Берсерке». Сколько на него ушло времени?

— Сперва давайте разграничим понятия: то, что мы и весь мир подразумеваем, когда говорим об unmanned ground vehicle (беспилотное наземное транспортное средство. — Прим. Onliner), — это долгий и сложный процесс, который еще далек от своего завершения. Например, та же корпорация Google в течение 10 лет разрабатывает беспилотную машину.

А наш «Берсерк» — это универсальная роботизированная гусеничная платформа. При ее создании мы исходили из того, что машина должна обладать высокой грузоподъемностью для установки на нее элементов полезной нагрузки, хорошей проходимостью и большой автономностью действия. Первую версию разработали примерно за восемь месяцев — это очень быстро. Но работы по совершенствованию идут и сейчас, то есть уже около трех лет. Кстати, та версия роботизированной гусеничной платформы, что используется в «Берсерке», получила продолжение: мы разрабатываем новый комплекс и впервые представим его на военном параде в честь 9 Мая в Минске.

— Насколько робот автономен?

— Система может распознавать людей и препятствия перед собой. Но для управления все еще нужен человек: мы используем «Берсерк», скажем так, не в условиях дорог с разметкой. А навигация на пересеченной местности — очень сложная задача для любой роботизированной машины. Мы работаем над алгоритмами, которые позволят добиться большей автономности для преодоления препятствий на пересеченной местности.

— Почему выбрали для «Берсерка» гусеничную модель? Обычно она тяжелее и сложнее колесной.

— Да, платформа тяжелая, но удельное давление на грунт невысокое, а значит, проходимость отличная, гораздо выше, чем на колесном шасси. К тому же платформа должна быть хорошо стабилизирована, чтобы быстро переключаться между целями и ее не раскачивало при стрельбе.

— «Берсерк» распознает человека с какой целью: для стрельбы по нему или чтобы не наехать?

— Чтобы не задавить. Снаряженная масса комплекса — около 2 тонн, поэтому для человека она представляет опасность.

О моральной стороне при работе ИИ

— На кнопку стрельбы нажимает все равно человек?

— Да, так и только так. Хотя поступают предложения доверить режим «Открыть огонь» искусственному интеллекту. Но наша позиция однозначна: решение должен принимать только человек.

— Недавний случай с Boeing в Иране показал, что бывает, когда человек в одиночку принимает решение.

— Поймите правильно: кому вы предъявите иски, если подобное совершит система в автоматическом режиме? Министерству обороны? Производителю оружия? С другой стороны, если система будет блокировать решения человека, ее никто не станет эксплуатировать. Ведь когда человек говорит «Надо!», а система отвечает «Не буду!», то это может привести к очень серьезным последствиям.

Давайте проведем аналогию с самоуправляемым автомобилем. Вы сели в машину и должны ехать на работу, а автоматика вам заявляет: «Погода не очень, никуда я сегодня не поеду». Но и обратная ситуация не подходит: допустим, машина знает, что по будням нужно отвезти вас на работу и забрать оттуда домой. Вы взяли отгул в будний день, хотите по личным делам поездить — а машина все равно согласна везти только на работу. Поэтому решение всегда должно оставаться за человеком. Мы только облегчаем принятие решения.

— Стереотип о том, что военная техника должна быть простой и надежной, отходит в прошлое? Сейчас все становится уж очень умным.

— Никто не отменял принципа, что военная техника должна быть простой и надежной. Другое дело, что сама процедура постановки на вооружение и снабжение достаточно сложная и протяженная во времени. Потому как требования к тому, что поступает в войска, весьма строгие.

Ведь, например, если кассовый аппарат вдруг открылся — ну да, потеряете дневную выручку. А если у высокотехнологичного самолета с полной боевой нагрузкой в полете двигатели откажут — это беда куда большего масштаба. Вот и получается, что даже самая передовая технология успевает «устареть» на несколько лет, прежде чем поступит на вооружение.

Война будущего

— В итоге мы перейдем к полностью автономным боевым машинам?

— Да, в будущем все больше функций и операций будут выполнять машины. Уже сейчас количество получаемой информации огромно. Оно несоизмеримо больше всего того, что человечество имело даже лет 10 тому назад. Понятно, что человек просто не в состоянии самостоятельно обработать такой внушительный объем данных за короткий промежуток времени.

К тому же в последние годы происходит все больше локальных конфликтов, где побеждает не тот, у кого много техники, а тот, кто имеет хорошее планирование и эффективно действует в информационном, цифровом пространстве.

Я вообще склоняюсь к тому, что лет через 15—20 человечество перейдет к так называемой «цифровой войне». Кто сможет дистанционно отключить электричество, связь, перехватить управление элементами критически важной инфраструктуры, тот и победит.

— Несколько лет назад Boston Dynamics свернула разработку «собаки-мула» BigDog для доставки припасов в горячих точках. Что думаете о таких машинах? Сами разрабатываете что-то похожее?

— С точки зрения транспортировки мы больше придерживаемся идеи Amazon в плане доставки воздушным путем. Этот метод быстрее и позволяет достигать труднодоступных регионов. Гусеничное шасси не особо подходит для таких целей, как и робот-«собака» или робот-«сороконожка». По нашему видению, машина-доставщик — система мультироторного типа, которая способна за раз перевозить не менее 100—200 килограммов полезной нагрузки.

«Мы рассматриваем оружие только как средство сдерживания»

— Ваша компания много чем занимается: медицина, искусственный интеллект, VR-тренажеры — и военная техника. Как вы совмещаете это все?

— В компании более 450 человек, и если сопоставить эту цифру с количеством наших направлений, то уже ничего удивительного и не будет. Из них более 150 человек — это именно инженеры, которые вовлечены в разработку. У нас замкнутый цикл, мы занимаемся и firmware, и software. Все — начиная от разработки и заканчивая печатью плат, монтажом компонентов, программированием — мы делаем сами. Это позволяет адаптировать наши изделия под нужды заказчиков.

— Какое из этих направлений важнее для компании?

— Если взять валовый доход, то военная отрасль получается более значимой. По некоторым направлениям мы являемся уникальным для Беларуси предприятием.

Помимо Министерства обороны, только у нас есть лицензии и разрешения на работы со стрелковым оружием, боеприпасами и на логистику взрывчатых веществ.

— Вам, как производителю боевой техники, военные конфликты выгодны?

— Нет, так думать неправильно. Никто не отменял наличие превентивного механизма: если у вас хорошее вооружение, никто нападать не станет. Мы рассматриваем оружие только как средство сдерживания.

— То есть как в холодную войну — лучше пусть у каждой стороны будет атомная бомба?

— Далеко ходить не надо: посмотрите, к чему может привести атака на нефтеперерабатывающие заводы в Саудовской Аравии. Многомиллиардный ущерб, причем с отголосками в мировой экономике, причинили беспилотники общей стоимостью в пару десятков тысяч долларов. В то же время при наличии систем защиты, как тот же «Берсерк», этого можно было бы избежать.


Сейчас ООО «БСВТ — новые технологии» продолжает испытывать роботизированный огневой комплекс для получения нужных сертификатов. После этого начнутся поставки заказчикам. А одну из модификаций «Берсерка» обещают показать уже на военном параде.

Редакция благодарит Государственный военно-промышленный комитет за помощь в подготовке материала.

Подписывайтесь  на наш telegram канал

Обсуждение